МУЗПРОСВЕТ
Наверх

Незвезды

Самая громкая новость 2007-го была связана с решением рок-группы Radiohead вывесить свой новый альбом в интернете до его официального выхода и предоставить слушателям самим решать, сколько им не жалко заплатить за эту музыку. Успех этой PR-акции заставил громко, но недолго говорить о том, что началась новая эпоха в отношениях между музыкантами и слушателями, когда посредники — в виде жадных, бюрократичных и дорогостоящих фирм грамзаписи — исключаются из игры.

Действительно, интернет кажется прямым туннелем между музыкантом и слушателем, однако по этому туннелю течет только бесплатная музыка, деньги текут куда менее охотно. Появилось несколько моделей сбыта музыки в обход лейбла и магазинов. Модель Radiohead, как быстро выяснилось, оказалась в общем случае нежизнеспособной. Большой шум поднимают торговые сети, когда CD фактически бесплатно прикладывается к какой-нибудь бульварной газете или популярному журналу. Таким образом освежают народную память о когда-то известном музыканте, который отказывается от гонорара за CD, но надеется, что на его турне соберется народ. Есть такой опыт: группа выпускает своего рода акции, добровольцы-меценаты покупают эти акции, финансируют выход альбома, а потом получают доход с его продажи, сам альбом и, конечно, чувство, что помогли состояться явлению в сфере культуры. В этом случае фирма грамзаписи становится виртуальной, то есть распыляется на 100–200 человек, каждый из которых инвестирует небольшую сумму (но на принятие решений никак не влияет). Наконец, можно упомянуть интернет-лейблы, которые предлагают бесплатные mp3-файлы, а если кто-то хочет получить музыку в более высоком качестве, может по почте заказать CD-R.

Есть и противоположная тенденция — удорожать релиз, выпускать ограниченными тиражами двойные виниловые альбомы, специальные коробки с дополнительными игрушками для меломанов, и повышать на них цену.

Так или иначе, жить на доходы с продажи музыки сегодня удается немногим музыкантам. Остальные должны либо иметь другие, немузыкальные источники дохода, либо вести интенсивную концертную жизнь. Наступила эпоха резкого сокращения доходов не только концернов, но и музыкантов. И самое интересное — это то, как отреагируют на это концерны и музыканты в долгосрочной перспективе. Похоже, что рынок еще больше ужмется, концерны начнут разваливаться, поедать друг друга и избавляться от музыкантов, сегодняшние независимые лейблы, дистрибьюторы и магазины в массе своей разорятся, поблекнут без рекламной подпитки и музыкальные журналы… и огромное количество музыкантов зависнет в пустоте, или же те, кто мог бы стать музыкантом, откажутся от своей затеи.

Конечно, очень хочется напророчить грядущее уменьшение количества музыкантов, но, скорее всего, в будущем будет продолжаться уменьшение амбиций музыкантов, уменьшение их масштаба, все будут, так сказать, малорослые.

Группа Animal Collective представляет нам пример несостоявшегося большого музыкального явления. Animal Collective должны были бы быть раздуты в новых U2 или Oasis. И хип-хоп-продюсер Madlib, и его лейбл Stones Throw должны были бы стать новым маяком независимой музыки. Ан нет, музжурналистика на настоящий хайп — после краха хайпа вокруг электроники — больше самовозбудиться не может. Ведь хайп — это далеко не только результат вложения денег в маркетинг, хайп держится на способности журналистов и слушателей заразиться новой заразой.

В 2007-м тем, о чем захотелось написать многим, был фильм «Control». Это был единственный хайп. История британской неосоул-певицы Эми Уайнхаус интересна прежде всего тем, что Эми — единственная новая звезда поп-музыки, единственная, кого хочется назвать настоящей звездой. Она интересна как живая мелодраматическая фигура, а не как производитель музыкального товара. Проблема же состоит в том, что такого рода фигур почему-то практически не осталось, а новые почему-то не появляются. Была большая надежда, что новой звездой станет юноша Mika, но его не видно и не слышно. Девушка по имени M.I.A. тоже не стала героиней нашего времени.

В конце 90-х, когда очень сильно переживали по поводу исчезнувших звезд масштаба Элвиса Пресли и Нирваны, все-таки было много заметных имен: Трики, Aphex Twin, Massive Attack, Portishead. Prodigy, Бьорк, Oasis, Мэрилин Мэнсон. Это были люди, у которых была не только более-менее удачная музыка, но и лицо, характер, воля, позиция. И вот со всем этим стало совсем плохо.

Эми Уайнхаус — культ у подростков, невосприимчивых к гангстерскому рэпу и бой-группам. Она воспринимается как оппозиция массовой культуре, которая прет из телевизора. Оживление вокруг Эми Уайнхаус не совсем музыкального порядка, при этом Эми — вершина неосоул-айсберга, во всем мире существуют чуть ли не сотни групп, играющих андеграундный R’n’B, грубый, терпкий, эротичный и искренний, это новое издание трип-хопа. Тут есть что пожевать музкри-тикам, но темы такой нет, тема неосоула так и не состоялась.

Ну, хорошо, а эсид-фолк, психо-фолк, бруклинская сцена, финский неофолк и финский новый металл — все эти темы состоялись? Тоже нет, обо всем этом начали неохотно писать, когда все это уже закончилось. Что CocoRosie, что Девендра Банхарт кончились быстро и непонятно чем. Иными словами, измельчание независимых музыкантов сопровождается неспособностью музыкальной прессы сильно и надолго возбудиться по какому-нибудь поводу. Музыкальная жизнь превратилась в мелкотемье, в текучку, в калейдоскоп частных результатов. Исчезли такие вещи, как азарт и мифомания.

Еще до недавних пор интернет-сайты продолжали линию значительных музыкальных журналов. А если журналов нет, нет крупных критиков, а есть бесконечная мозаика мелких сайтов, которые друг у друга копируют никого не убеждающие пресс-релизы, эйфорические расхваливания и списки рекомендованных имен, то исчезают ориентиры и генеральные линии.

Интернет психо-фолку не помог. Новые нерешительные сонграйтеры состоялись в качестве самостоятельного явления или же они утопают в фоновом шуме? Не знаю. Рок и странный поп из Японии явно недоосвещены.